timbuktoo

У вас была когда-нибудь амнезия?

У меня была, самая настоящая стопроцентная амнезия, чесслово. Удобная штука – теперь ею можно оправдывать некоторую мою… забывчивость. А что? У меня и справка есть. Из Склифа, все честь по чести.


Это было, кажется, на втором курсе. По вечерам я ходила на Хастл. Ну, знаете – "Грязные танцы", шаг вперед-шаг назад, раз-два-три-четыре-поворот. А в тот день к нам запустили компанию новичков.

Новички были малолетки, с первого курса. Шумные, кровь с молоком, энтузиазм перекатывается под кожей и рвется наружу. И вот в маленьком спортзале журфака занимаются: две продвинутые пары, наша группа и толпа новичков. Меня поставили с таким широким малолеткой – что поставить, что положить, восемьдесят килограмм сплошных мышц. Я его быстро научила основному шагу, он спортсмен, отлично двигается, схватывает на лету, уже красуется и подмахивает попой. И в этот момент тренер Саша начинает показывать переворот партнерши через голову. Все останавливаются, открывают рты и глазеют: выглядит это очень эффектно.

Я не успеваю охнуть и понять, в чем дело, как эта ловкая груда мышц хватает меня и пытается перевернуть точно также. Ну, логика понятна: шаг у него получился с первого раза, сила есть, а переворот Саша делает с такой легкостью, что там и учиться-то нечему. Бери и переворачивай. Он взял и перевернул.

Ну, то есть до половины – вниз головой – он меня перевернул, а потом что-то не сложилось, что-то случилось – и он меня вот так ровненько, вертикально, прямо головой и впечатал в паркет. Выронил случайно.

Дальше я помню дымчатыми кусками. Помню вдруг – что я лежу, все собрались вокруг и молчат. А потом женский шепот: "Она шею сломала…" Вот на этом "шею сломала" я и пришла в себя. Кажется, от ужаса. Пошевелилась – ничего не болит. Дальше я не помню, но восстанавливаю уже по рассказам. Я встала, сказала, что у меня все в порядке, но я, пожалуй, пойду. Из автомата на первом этаже позвонила маме и своему мальчику, сказала, что у меня сотрясение мозга и попросила приехать. Потом пошла к институтской медсестре (откуда в девять вечера там была медсестра – я до сих пор не знаю). Сколько ехали мама с Ильей, что я делала в медпункте все это время – не помню.

Первое мое реальное воспоминание: мы все едем в машине (я тогда решила, что нас везет папа, но потом сказали, что такси), я прихожу в себя и спрашиваю: "Что случилось? Сколько сейчас времени?" (я же вижу, что на улице почему-то темно) Меня мучает какая-то необыкновенно важная мысль, которую я обязана вспомнить. Потом вдруг осеняет: скоро восьмое марта, Илья дал мне задание найти самое красивое платье на свете – и я его нашла сегодня днем! Оно такое из натурального шелка, серебряное, коротенькое, на тонких лямочках, выглядит как крохотная ночнушка… Лучшее платье на свете! Продается в Бенеттоне. Стоит совсем не дорого. И в тот момент, когда я передаю своим близким эту важную информацию, я замечаю, что они на меня как-то странно смотрят.

- А кстати, что случилось? Куда мы едем? - спрашиваю я.
- ЗАТКНИСЬ!!! - хором кричат мне эти жестокие люди.

Я обиженно замолкаю и решаю больше никогда в жизни с ними не разговаривать.

Потом они рассказали, что моей памяти хватало ровно на тридцать секунд. Каждые тридцать секунд я приходила в себя, спрашивала что случилось и сколько времени, а потом начинала рассказывать про платье. Одними и теми же словами. И снова, и снова, и снова. Каждые тридцать секунд. Все полтора часа нашей поездки. Они очень боялись, что я такой останусь на всю жизнь.

Хочу отметить, что меня можно посылать в разведку: даже после серьезного ранения в моей голове остается самая важная информация. Также хочу обратить ваше внимание, что то самое платье мне так и не купили. Что вообще ничем невозможно объяснить и оправдать.

Следующее воспоминание: я уже в палате, папа мне принес большой пакет с томатным соком и крекерами, говорит, что никаких других соков в соседней палатке не было. Илья деловито надевает на меня пижаму и теплые носки. Я спрашиваю, где мама, как они достали мою одежду, и отрубаюсь.

Утром я соображаю, что со мной что-то случилось, что я в больнице, помню, кто я, и всех родных. Я все знаю и все умею, но совершенно не помню никаких событий. Начинаю искать хоть какие-то зацепки в голове, искать кусочки паззла. Вспоминаю, как ударилась головой во втором классе и меня отвезли в больницу. Но, вроде, у второклассниц не бывает таких сисег. Да и в принципе – я знаю, что я взрослая. Но не знаю, насколько.

Вспоминаю по порядку:
- Спектакль в школе, на мне чье-то переливающееся изумрудное платье в пайетках. Я в седьмом классе?
- Выпускной костюм. Он весь в белых оборочках и ужасно мне не нравился, но зато нравился бабушке.
- Бабушка не была на выпускном! Видела костюм только на примерке. Моя бабушка умерла? Господи-господи…
- Я сейчас, наверное, где-то учусь. Если у меня был выпускной, то потом я, наверняка, куда-то поступила. Или мне только надо поступать? Пожалуйста, хоть бы я уже поступила! Я так боюсь экзаменов.
- Я помню, что Илья – мой мальчик. Я не очень помню, как мы познакомились, но помню, что он очень хороший и мы вместе целую вечность. Интересно, я девственница или уже нет?.. Как бы это узнать?

Ну, вот как-то так за три дня я вспомнила почти все. Приходилось вспоминать самостоятельно, потому что когда я задавала какие-то вопросы маме, она начинала от ужаса истерически рыдать. А Илья зеленел до кончиков ушей и собирался упасть в обморок.

Еще в моей палате была девочка, которая спросила: "Тебя тоже бабы били лицом об лестницу?" И я как-то растерялась, потому что даже с амнезией была почему-то твердо уверена, что меня не могли бить бабы лицом об лестницу. Но аргументировано сформулировать, почему, я никак не могла.

Потом меня выпустили, мне пришлось еще раз сходить на курсы вождения, потому что я забыла все, что я учила перед травмой, и теперь у меня есть справка про то, что у меня амнезия. Она ведь того… бесследно не проходит. Хотя серебряное платье помнится до малейших деталей ))